Кем и как создавался миф о «борьбе» Митрополита Владимира (Сабодана) за автокефалию УПЦ

Среди проповедников про-автокефального понимания «заветов» Блаженнейшего Владимира заметна фигура его бывшего секретаря – митрополита (тогда архиепископа) Александра Драбинко (ныне викарного архиерея Киевской епархии). По признанию последнего, он, митрополит Александр Драбинко, будучи личным секретарем Блаженнейшего Владимира (без канонической санкции Священного Синода УПЦ – прим.), практически управлял всей УПЦ и даже формировал курс УПЦ. И особенно в последние три года жизни тяжело больного Предстоятеля УПЦ, номинально пребывавшего при власти, как некоторые убеждены, по настоянию архиепископа Александра Драбинко. (В свете вышесказанного специалисты церковно-канонического права задают вопрос: а не являлось ли неуставное управление владыкой Александром Драбинко Украинской Православной Церковью в затяжной период тяжелейшей болезни Блаженнейшего Митрополита Владимира практической «узурпацией» канонической власти последнего?).

«Во времена предстоятельского служения Митрополита (Владимира) я определенным образом мог влиять на церковную жизнь, а, следовательно, и нес (и несет?) ответственность за позицию УПЦ» –  характеризовал владыка Александр свою направляющую роль в УПЦ при обездвиженном болезнью Блаженнейшем Митрополите Владимире.

В тот период около неуклонно угасающего Предстоятеля УПЦ Блаженнейшего Митрополита Владимира, прежде всего трудами архиепископа Александра Драбинко, собралась «перспективная» команда молодых, довольно начитанных и, что важно, идеологически «правильно» настроенных иереев УПЦ, у которых, судя по их публикациям в СМИ, второй, если не основной, «профессией» стала популяризация идеи автокефалии УПЦ в массах через подведомственные им церковные или светские религиоведческие СМИ, – идеи, замешанной на бульоне из софиологической средневековой идеологемы т.н. киевоцентризма и, как ни странно, бюрократической практики, заимствованной из осужденного в УПЦ т.н. «политического православия», – с начетническим разделением иерархов УПЦ на «наших» и на «чужих».

На контролируемых про-автокефальной идеологической командой околоцерковных порталах стали муссироваться идеи об «отсталости» старой «советской» генерации епископов УПЦ, якобы не способных в новых исторических условиях к примирению с «отделившимися братьями». Явной или скрытой критике, а порой и шельмованию, подвергались носители иных взглядов на «совершенствование» канонического статуса УПЦ.

Наблюдатели не исключали, что исподволь кто-то решил подготовить церковное общество к будущей решительной чистке кадрового состава епископата УПЦ и к замене на руководящих постах в УПЦ вместо «пророссийских» старых кадров епископата представителями «перспективного» молодого поколения иерархов, готовых вступить в «диалог» с раскольниками из УПЦ КП, УАПЦ и с иными украинскими религиозными группами.

В русле замены старых кадров некоторые из т.н. «стариков» были отправлены на покой или выдавлены из Украины, других переводили под надуманными и даже сфабрикованными предлогами в епархии «районного» масштаба, а иных неугодных – в отдаленные от столицы области. Кадровая политика (по суждениям независимых наблюдателей) преследовала цель укрепления роли небольшой, но активной и «перспективной» про-автокефальной группы клириков в Киевской Митрополии в целях капитуляционного «патриотического объединения» УПЦ с церковно-политическими организациями – УПЦ КП и УАПЦ.

Так, на одном из Архиерейских Соборов УПЦ членами идеологической команды был предложен для утверждения проект учреждения т.н. Высшего Церковного Совета УПЦ (ВЦС) с контрольными функциями над епархиальными правящими архиереями (!). При этом в руководство ВЦС УПЦ планировалось провести священника и мирянина из про-автокефальной группы в УПЦ. Практически в УПЦ готовился административный антиуставный «пререворот»: создание параллельного Священному Синоду УПЦ контролирующего органа протестантско-пресвитерианского типа (возможно, на случай кончины Предстоятеля УПЦ).

Однако проект образования ВЦС с «контрольным» пунктом соборным разумом Церкви был заблокирован (голосами практически всех архиереев УПЦ + голос Блаженнейшего Владимира, кроме единственного голоса иерарха-делегата, предположительно, автора проекта).

Стараниями про-автокефальной группы в Киевской Митрополии того периода, на волне политического лозунга лидера одного из расколов – «Независимой державе – независимую церковь», в нецерковных СМИ формировался идеологический миф о якобы решительной приверженности Блаженнейшего Митрополита Владимира «священной» идее разрыва административно-канонических отношений самоуправляемой УПЦ с патриаршей РПЦ, миф, который эксплуатируется ими и доныне. При этом митрополиту Александру Драбинко нецерковные СМИ успели присвоить титул «лидера» якобы мощного про-автокефального иерархического движения в УПЦ, которого просто нет.

«Если Москва – это Третий Рим, то Киев – это второй Иерусалим, который подревнее северо-белокаменной столицы!», – таков, пожалуй, основной тезис про-автокефального «политического православия». В русле этой схемы идеологи автокефалии УПЦ продвигали идею т.н. «равноправного» диалога» и братания с экстремистами-раскольниками без всяких предварительных условий и на фоне продолжающихся захватов ими храмов УПЦ. Одновременно делались попытки дискредитировать первосвятительские визиты Святейшего Патриарха Кирилла к православным верующим Украины, которые, с подачи «инсайдеров» внутри Киевской Митрополии, характеризовались в некоторых СМИ как попытки распространения идей т.н. «Русского мира Кремля» на Украину, противопоставляя последнему «Мир украинский» (с медиа-подачи главы украинцев-католиков Верховного архиепископа УГКЦ Святослава Шевчука).

По митрополиту Александру Драбинко, Блаженнейший Владимир якобы настойчиво стремился к тому, чтобы УПЦ стала «диптихиальной», т.е автокефальной Церковью, хотел, чтобы ее якобы «неполноценный» статус был «усовершенствован» таким образом, чтобы она вошла в общецерковный список (диптих) канонических Православных Поместных Церквей. «Под влиянием митрополита Владимира, – заявил митрополит Александр, – у нас (?) появилось устойчивое выражение – «усовершенствование канонического статуса». В определенной степени это выражение стало синонимом «поместности» или «автокефалии».

«Стремился ли митрополит Владимир к автокефалии?» – задает себе вопрос владыка Александр, и сам же себе отвечает: «Конечно, да. Потому что он понимал исторические тенденции…» (Надо полагать, не вероучительные, а новые политические реалии: Украина стала независимой страной). 

Читайте также: Мастер слова. Митрополит Владимир (Сабодан): к вопросу автокефалии, природы Церкви и миссии

Митрополит Александр Драбинко констатирует, что на сегодняшний день не знает, куда направляется УПЦ, потому что (прямая цитата) «в Киевской Митрополии работает новая команда. И хотя я искренне желаю этой команде успеха, – уверяет владыка Александр, – я сам, и мои давние сотрудники к ней не относимся». (При этом владыка Александр мистически верит, что Блаженнейший Митрополит Владимир УЖЕ находится на Небе, и что там он (вместе со святителем Киевским Петром Могилой и с другими святителями) молится у Господнего Престола, но не о спасении душ своей бывшей паствы, а за то, чтобы Украинская Православная Церковь… получила бы свое логическое и правильное (автокефальное? – прим.) «каноническое оформление»).

Однако сторонники иного истолкования «идеологии» Блаженнейшего Митрополита Владимира уверены, что последний, будучи человеком верующим и связанным религиозной присягой послушания Патриарху Московскому и всея Руси, как своему духовному Правителю (Господину) и Отцу, и будучи знатоком православных канонов, никогда не позволил бы себе раскольнических действий, подобно бывшему патриаршему экзарху Украины Филарету (Денисенко), впоследствии совершенно отлученному от общения церковного, т.е. анафематствованному за уклонение в раскол.

Среди таковых заметна фигура РОДНОГО ПЛЕМЯННИКА покойного Блаженнейшего Митрополита Владимира, авторитетного и духовно образованного главы Административного аппарата Киевской Митрополии УПЦ архимандрита Виктора Коцабы, который, как близкий Блаженнейшему Владимиру человек, в противовес митрополиту Александру Драбинко, УТВЕРЖДАЕТ:

• что курс нынешнего Предстоятеля УПЦ, Блаженнейшего Митрополита Онуфрия, «на соборность единой канонической Церкви на Украине» полностью отвечает целеустремлениям его предшественника – Митрополита Владимира (Сабодана);
• что «нынешний наш Предстоятель (Блаженнейший Митрополит Онуфрий) несколько десятилетий знал Блаженнейшего Владимира, который с большим уважением относился к Митрополиту Онуфрию как к глубоко духовному и настоящему архипастырю»;
• что ныне продолжается преемственность (канонических – прим.) традиций. И что, если бы в наше время Предстоятелем был Митрополит Владимир, то он бы вел Церковь так же, как сегодня это делает Блаженнейший Онуфрий;
• что Митрополит Киевский и всея Украины Владимир был строгим блюстителем церковных канонов, за рамки которых он никогда не смог бы переступить;
• что верность Православию, верность канонам Церкви всегда были главными у него;
• что «этим же принципам сегодня твердо следует Предстоятель УПЦ – Блаженнейший Митрополит Онуфрий».

Все это четко обозначил архимандрит Виктор (Коцаба), декларируя преемственность устойчивой тенденции сохранения канонического статуса УПЦ Священноначалием независимой в своем самоуправлении УПЦ.

В свете вышесказанного, попытки представить Митрополита Владимира (Сабодана), ушедшего путем всей земли на Суд Правды Божией, неким «автокефальным локомотивом УПЦ», – затея довольно сомнительная, неподкрепленная четкими церковно-юридическими каноническими актами.

В этом же свете намерение малочисленных сторонников автокефализации УПЦ превратить личность Блаженнейшего Митрополита Владимира (Сабодана) в идеологический «святой» символ борьбы за автокефалию УПЦ несостоятельна, и потому делать этого не стоит, ибо может породить немало соблазна и искушений.

«Сейчас добиваться автокефалии или автономии, учитывая ту смесь (мнений) у нас в Украине, трудно, опасно, я считаю, что сегодня – и не нужно», – заявлял в свое время Блаженнейший Митрополит Владимир. По его словам, УПЦ не считает эту тему запретной для обсуждения, но в то же время «Церковь нельзя менять, как мы меняем наши светские учреждения», а нужно относиться к этому вопросу с точки зрения христианской ответственности. «Вопрос автокефалии особенно важен для западной Украины, где есть своя история Церкви и Отчизны. Но надо понимать, что за этим будут стоять новые проблемы, ряд вопросов, связанных со структурой управления, распределением власти», – предупреждал покойный Предстоятель УПЦ.

Блаженнейший Митрополит Владимир поистине оставил добрый след в истории УПЦ: это и борьба с филаретизмом, и борьба за конституционную церковную независимость, это его «сидячая», без внешнего эпатажа и шума, борьба за достойное место Церкви в украинском обществе, это труды по становлению Киевской Духовной Академии и умножению числа епархий. Этого перечня заслуг усопшего Предстоятеля УПЦ достаточно для положительной оценки подлинного «перспективного наследия» Блаженнейшего Владимира для УПЦ – хранение внутреннего мира, согласия и канонического единства УПЦ с Патриаршей Церковью-Матерью при допустимом различии мыслей ее иерархии, клириков и верных.

И потому, порой неудачные, «латинствущие» или «гностические» юбиляции в адрес усопшего Предстоятеля («Господь Иисус Христос вручил Вам Свою Церковь», «Для нас Вы являетесь мистической, непостижимой человеческим умом, Его иконой»), или надуманные церковно-политические мифы о нем («Небесный молитвенник за автокефалию УПЦ»), – не требуются, чтобы его человеческий образ – и с сильными, и со слабыми сторонами – остался в благодарной памяти клириков и мирян УПЦ.

Источник

Читайте также